Шерас - Страница 190

190

Авидроны пробыли в Бенедикте около месяца. В конце концов хозяева местных кратемарий и виночерпней едва не разорились — ведь всё это время они кормили и поили воинов Инфекта бесплатно. Красивый Хо при этом не проявил беспокойства, но Алеклия приказал немедленно возместить пострадавшим горожанам половину стоимости уже съеденного и выпитого. Еще долго в Бенедикте на всех площадях и улицах прославляли щедрого авидронского правителя.

ДозирЭ и Идал, вместе с увязавшимся за ними Одрином, приняли самое деятельное участие в празднествах. Целыми днями они просиживали в кратемарьях, переходя время от времени из одной в другую, истребляя при этом непомерное количество жареных пулярок, голубей, зайцев, кабанов, выпивая сверх меры вина и нектара и отказываясь лишь от рыбы, на которую не могли смотреть после долгого морского путешествия. Пьянея, ДозирЭ всегда вспоминал Андэль, и тогда Идал, пьющий умеренно, всеми силами удерживал друга от опасных слов или опрометчивых поступков. Одрин же, наоборот, пытался подзадоривать приятеля, словно желая вырвать из его уст слова об Андэль и Инфекте, которые могли бы иметь самые серьезные последствия. Он унялся только тогда, когда Идал пригрозил ему поединком. Однажды дорманец затащил двух грономфов в акелину, и ДозирЭ не успел опомниться, как оказался на одном ложе сразу с несколькими любвеобильными люцеями. Когда молодой человек пришел в себя, он горько раскаялся — ведь для него существовала только одна женщина, которую он любил всем сердцем, но Одрин весьма хитроумно успокоил молодого человека и помог ему приглушить муки совести обильными возлияниями.

Наконец срок пребывания в Бенедикте авидронских отрядов подошел к концу. «Белая Армада» вместе с «плавучими акелинами» отправилась в обратный путь, а Божественный во главе малочисленного, но испытанного войска двинулся в сторону долины Спиера. Метательные механизмы, валилы и матри-пилоги было решено с собою не брать. Обоз не превышал двухсот повозок: в них погрузили прежде всего то, что требовалось для обустройства лагеря.

Белая либера при помощи Красивого Хо обзавелась недостающими лошадями, а всё свое громоздкое имущество по приказу Инфекта оставила на кораблях и теперь передвигалась налегке. К седлу каждого всадника приторочили дротики, копья, щит, колчаны со стрелами, кое-какое походное снаряжение и торбы с десятидневным запасом еды.

Красные дондроны были уже наслышаны об авидронах и тщательно приготовились к войне, не собираясь уступать каким-то пришлым золотоносную землю, которая за несколько лет сделала их племя одним из самых могущественных в Вантике. При этом дикари собрали воедино не только своих соплеменников, но и отряды вождей соседних племен, у которых потребовали помощи, а еще наняли множество наемных воинов, в основном из Плазерии, из которых составили монолит тяжеловооруженной пехоты.

Дорога до долины Спиера заняла чуть больше триады, и на тринадцатый день армия Инфекта, преодолев с помощью проводников заснеженный горный хребет, спустилась по узкой тропе в долину, где на ровной местности тут же была атакована легкими конными лучниками. Передовой отряд авидронов выдержал удар, а затем Алеклия бросил вперед своих лучников, и дикарей без промедления осыпали тучею стрел. Многие из них, одетые лишь в тонкие кожаные панцири, были ранены или убиты.

Авидроны воодушевились первой быстрой победой. Вся армия стала свидетелем тому, как дондроны стремглав убегают, столкнувшись с превосходящей силой. С тех пор воины Инфекта испытывали привычное чувство уверенности и ощущение решительного перевеса сил.

Божественный приказал разбить «круглый» лагерь, однако глубокой ночью незаметно покинул его, оставив в шатрах лишь сотню воинов с указанием жечь много костров и громко разговаривать. Два дня спустя, совершив стремительный бросок, Инфект был уже у Золотой скалы, где, по сведениям Вишневых, добывалась десятая часть всего золота долины Спиера. Здесь он обнаружил около десяти тысяч закованных в цепи рабов, которых сторожил и заставлял работать вооруженный отряд дикарей. Красные дондроны были настолько поражены неожиданным появлением авидронов, что не успели ни отступить, ни оказать сопротивления. Всех их схватили. Божественный, видя ужасное состояние узников — они были истерзаны побоями и крайне истощены, — прежде всего приказал всех их освободить от оков и напоить водой. После этого он предложил рабам решить свою судьбу самим: получить полную свободу или остаться рабами, теперь уже авидронов, однако взамен распорядиться жизнью ненавистных им стражников. Невольники, не сговариваясь, выбрали последнее, и тогда мучителей бросили к ногам их недавних жертв.

На обратном пути Божественный наткнулся на безумного старика раба невероятной худобы, который сидел на берегу озера, скрестив ноги, и, раскачиваясь, говорил по-авидронски: «Ты заплатил за свое невежество, поэтому Богом нашим истинным ты прощен! Наступит время, и мы вместе пойдем по звездной дороге, обнявшись, словно братья. И ждать осталось недолго!» Алеклия соскочил с коня и подошел к несчастному. Вскоре выяснилось, что старик, которого звали Панацей, родом из Харвы, то есть авидрон, и что тридцать лет назад он был захвачен разбойниками по дороге в Берктоль и продан в рабство. Поговорив с несчастным, Инфект вдруг объявил, что именно этого старца он давно искал, что он святой и послан небом ему, Божественному, в помощь. Он приказал забрать его с собой и обращаться с ним в высшей степени почтительно.

190